Зиновьев Александр Владимирович

6 апреля, профессиональный праздник отмечают сотрудники следственных подразделений МВД России. В этот день в 1963 году Президиум Верховного Совета СССР своим Указом передал право производства предварительного следствия по уголовным делам Министерству охраны общественного порядка (МВД). Хотя впервые упоминание о следствии появилось еще в XVIII веке. В период правления Петра I была образована главная полицмейстерская канцелярия, которая проводила дознание по уголовным делам. В 1860 году появились должности судебных следователей. Причем на должность следователя могли претендовать лишь лица, имеющие высшее юридическое образование и судебную практику не менее трех лет. О том, какими качествами обладают современные следователи, какие уголовные дела расследуются, а также об особенностях службы в интервью рассказал заместитель начальника Следственного управления МВД по Республике Коми Александр Зиновьев.

– Александр Владимирович, на Ваш взгляд, слову следователь больше подходит определение «универсальный солдат» или «кабинетный работник»?

– Из этих двух определений я бы отнес следователей к «универсальным солдатам». При этом понятие «кабинетный работник», безусловно, также в него включил. Профессия следователя предполагает сочетание разных качеств. Настойчивость и терпение, усидчивость и скрупулёзность, инициативность и умение отставить свою точку зрения. При этом следователь – это координатор действий всех служб органов внутренних дел на месте происшествия. Именно он организует процесс раскрытия преступления и изобличения виновных, поэтому должен быть внимательным, оперативным, грамотным. Очень важно, уметь общаться с людьми, слушать и слышать их. Необходимо уметь найти общий язык и с матерым преступником, и с подростком, и с пожилым человеком. Тут не обойтись без самообладания, выдержки, сострадания и человечности.

Вся профессиональная деятельность следователя протекает в общении с людьми, так или иначе причастными к преступлениям или испытывающими горе, поэтому следователь должен быть и психологом.

– Значит, у следователей есть свои профессиональные приемы, которые помогают понять, лжет, например, человек или нет?

– Конечно! Например, стандартные психологические приметы – бегающие глаза, почесывание носа, скрещённые руки-ноги, длительные паузы... Но самый главный прием, который я сам всегда использовал, - это выяснение в ходе допросов и других следственных действий мелких деталей происшествия, о которых нельзя заранее условиться, обдумать их. Соотнося данные детали с объективно установленными обстоятельствами, нередко можно сделать вывод, правду ли говорит человек. Такие точные вопросы заставляют лжеца путаться в своих показаниях, забывать или придумывать обстоятельства произошедшего. 

 

– Говорят, что человек ко всему может привыкнуть. Есть ли в работе следователя что-то, к чему можно привыкнуть?

–  Скажу за себя. На мой взгляд, невозможно привыкнуть к человеческой смерти. По-моему убеждению, с точки зрения человеческого трагизма страшнее преступления, чем нарушение правил дорожного движения, повлекшее смерть, просто нет. Особенно страшно, когда в авариях погибают или получают ранения дети. Эти происшествия нельзя, наверное, сравнить даже с убийствами. В наших реалиях жертвы умышленных убийств, в основном приходят к этому осознанно, например, в результате злоупотребления спиртными напитками или становятся жертвами по причине своей противоправной деятельности.

В то же время жертвы дорожно-транспортных происшествий – это очень часто ни в чем неповинные люди, которые ехали на своих автомобилях или шли пешком по ежедневным житейским заботам, и в секунды их жизни обрываются. Трагизма ситуации придает и то, что иногда приходится привлекать к ответственности родственников погибших в ДТП. К примеру, ехала семья. Случилась авария. Все погибли, а глава семейства, который находился за рулем и по неосторожности которого все и произошло, выжил. Нам приходится прокручивать его через жернова следствия, допрашивать, из раза в раз возвращать его к картине произошедшего. Это очень сложно даже для следователя. А каково этим людям?

Безусловно, все это не относится к водителям, совершившим дорожно-транспортное преступление в состоянии алкогольного опьянения. Пьяный за рулем – уже преступник. Эти люди должны нести самую строгую ответственность.

– Есть ли особенности в расследовании, к примеру, мошенничеств и экономических преступлений, дел общеуголовной направленности и тех, где фигурантами выступают подростки?

– Безусловно, расследование различных видов преступлений имеет свои особенности. Для этого существует специализации следователей по отдельным категориям преступлений. Направлений расследования уголовных дел немало – это и общеуголовные посягательств на личность и собственность, преступления в сфере информационно-телекоммуникационных технологий, различные экономические преступления - хищения в жилищно-коммунальном комплексе, кредитно-финансовой сфере, коррупционные деяния. Раскрытие и расследование всех указанных составов преступлений требует от следователя высокого профессионализма, огромной эрудиции. Поэтому я считаю, что современный следователь должен быть не только юристом, но и экономистом, программистом, знатоком искусства и так далее.

Что касается расследования мошенничеств, а я сейчас говорю о телефонных мошенничествах, число которых, увы, остается большим, то здесь есть две сложности. Первое – это бесконтактный способ совершения преступления посредством мобильной и интернет-связи. Аферисты рассылают смс, вирусы, либо вводят в заблуждение при непосредственном общении по телефону. Похищают деньги разными способами. Далее эти деньги, как правило, мошенники переводят на разные счета, чтобы запутать и скрыть следы. То есть следователь должен понимать всю цепочку и действий мошенника, и движения денег.

Второе – порой бывает сложно работать с заявителями, среди которых немало пожилых граждан. Многие из них даже после обращения в полицию безоговорочно верят словам аферистов и надеются, что мошенники вернут им денежные средства. Здесь следователь должен быть тонким психологом.

Это же относится и к работе с несовершеннолетними преступниками - подростками, которые очень подвержены криминальной субкультуре. Надо искать подход. Порой следователю приходится выступать при общении с ними в разных ипостасях – другом, старшим наставником, нянькой, братом… Если не получается, то приходится искать подходит через родителей, друзей или их жизненных авторитетов.

Следователи, расследующие экономические преступления, – это штучный товар. Я считаю, что у них должен быть определенный склад ума. Математический. Здесь много специфических тонкостей, выявить которые возможно лишь в ходе кропотливого изучения и глубокого анализа документов.

– Александр Владимирович, изменился ли характер совершаемых преступлений за последние годы и с какими из них чаще всего приходится сегодня сталкиваться?

– Конечно, изменился. Сейчас все больше преступлений совершается бесконтактным способом. Это преступления в сфере высоких технологий, при помощи которых совершаются не только хищения, но и, например, распространение наркотиков. Их особенностью является простота совершения, использование элементарных технических средств (таких как телефон), а также трудность раскрытия, поскольку данные преступления оставляют очень мало следов, с помощью которых можно было бы установить преступника. Зачастую они совершаются хорошо организованными группами при использовании самых тщательных мер конспирации.

Вместе с тем, кропотливая работа оперативных подразделений, экспертов и следователей дает свои плоды. Сейчас, например, следователями следственной части СУ МВД по Республике Коми завершено расследование уголовного дела в отношении участников организованной группы, совершавшей мошенничества в сфере недвижимости. Обвинения по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации «Мошенничество» предъявлены 20 жителям Екатеринбурга, 17 из которых предстанут перед судом. Еще трое находятся в розыске.  

Обвиняемые создали агентство, которое якобы оказывало населению услуги по найму жилья. Размещали в сети интернет объявления о сдаче в аренду квартир в разных городах России, причем квартиры находились в центре городов, а стоили совсем недорого.

Чаще всего работники агентства общались с клиентами по телефону, а посредством электронной почты отправляли договоры, в которых обязательным условием была предоплата. Только после подписания договора и перечисления предоплаты клиенту передавали список подобранных квартир, которые он мог посмотреть и выбрать подходящий вариант.

Афера заключалась в том, что недвижимость, которую предлагало агентство, собственник сдавать не собирался, либо квартиры вовсе не существовали в природе. Бывало, что они указывали адреса, где вместо жилого здания находились административные офисы.

На все претензии обманутых клиентов обвиняемые отвечали, что выполнили свою часть договора, которая, как выяснилось, заключалась лишь в оказании информационных услуг.

Мы были удивлены, но в Екатеринбурге судебно-следственная практика относила такие инциденты к гражданско-правовым отношениям. Все эти факты рассматривались по отдельности, и на первый взгляд действительно были похожи лишь на небольшое недоразумение между риелтором и клиентом. Но анализируя ситуацию масштабно, мы пришли к выводу, что под видом агентства недвижимости действует хорошо организованная преступная группа.

Нам удалось доказать, что обвиняемые целенаправленно вводили клиентов в заблуждение. Наши следователи совместно с оперативными сотрудниками 9 раз выезжали в Екатеринбург для проведения следственных действий и сбора доказательств. По делу проведена сложная психологическая экспертиза, которая дала оценку замаскированному под гражданско-правовые предложению найма жилья и однозначно оценила все эти действия, как направленные на обман. Сейчас у нас вещдоков, образно говоря, целый кабинет.  Уголовное дело состоит из 128 томов. Нам пришлось печатать в типографии 19 экземпляров обвинительного заключения. Представляете, какой объем работы проделан!

Но это все окупилось. Прокуратура утвердила обвинительное заключение. Это прецедент. По нашему опыту в Екатеринбурге тоже возбудили уголовное дело. Но самое главное, что этому агентству недвижимости теперь запрещено работать в Республике Коми.

Также в последнее время довольно много уголовных дел, связано с неисполнением или ненадлежащим исполнением муниципальных контрактов при строительстве, например, детских садов, жилых домов. Сейчас выявлен дополнительный факт мошенничества, совершенного бывшим директором ГАУ РК «МФЦ» и руководителем строительной фирмы.

Схема хищения денег, как правило, везде одна. Злоумышленники вносят в отчетные документы заведомо ложные сведения о производственных работах, похищая бюджетные средства. Такие аферы бывшая руководитель МФЦ вместе с сообщником провернули при проведении ремонтных работ в Усинске, Сыктывдинском и Корткеросском районах, причинив ущерб государству на сумму более 1,7 миллиона рулей.

Расследуются нашими следователями и дела коррупционной направленности. Сейчас на завершающей стадии находится уголовное дело в отношении бывшего руководителя администрации Ухты, который обвиняется в растрате и злоупотреблении должностными полномочиями.  В период с 2009 по 2011 годы теперь уже бывший чиновник вместе с пособником вывел из муниципальной собственности несколько земельных участков. Сумма ущерба исчисляется десятками миллионов рублей.

Есть еще одно дело о мошенничестве с земельным участком, принадлежащим администрации Сыктывкара. Это участок, где раньше размещался кинотеатр «Луч». Рядом находится детско-юношеская  спортивная лыжная школа. Несколько лет назад женщина- предприниматель договорилась с администрацией, что выкупит участок и под кинотеатром, и под школой. Она собиралась построить жилой дом, новое здание для школы и приобрести для нее подъемник. А когда дело дошло до выполнения своих обещаний, о договоренностях бизнес-леди забыла. Позже этот участок она перепродала другой фирме.

К сожалению, не исчезли в городах и районах нашей республики и группы бандитов, действующие в стиле «лихих 90-х», занимающиеся вымогательствами, грабежами, разбойными нападениями... Такие организованные группы в предыдущие годы выявлялись в Сыктывкаре, Усть-Вымском и Княжпогостском районах.

В настоящее время в производстве находятся уголовные дела в отношении              9 жителей Воркуты, которые на протяжении длительного периода времени в составе организованной группы совершали тяжкие и особо тяжкие преступления в отношении воркутинских индивидуальных предпринимателей и жителей города. Они также занимались вымогательствами, угрожая при этом гражданам оружием. Выявлены факты причинения вреда здоровью, уничтожения имущества, принуждения к заключению сделки, а также факты подкупа и принуждения потерпевших к даче ложных показаний.

Работая по этой группе, следователями было выявлено 22 факта преступной деятельности, по которым было возбуждено 11 уголовных дел. Общий материальный ущерб от преступной деятельности составил более 1 200 000 рублей.  

–  Каковы  критерии оценки работы следователя?

– Критериев несколько. Первое – качество расследования. Неполнота расследования, допущенные процессуальные нарушения могут повлечь возвращение уголовного дела для дополнительного расследования прокурором или судом. Чем меньше процент возвращенных прокурором дел, тем качество выше.

Второе - сроки расследования. Тут все понятно: надо успевать расследовать уголовное дело в отведенные законом сроки, не продлевая его. Безусловно, далеко не каждое уголовное дело можно окончить в 2-х месячный срок. Существуют объективные сложности расследования ряда категорий уголовных дел. Здесь законодатель требует от нас расследовать дело в разумный срок, который в каждом отдельном случае определяется индивидуально.

Третье – возмещение ущерба. Следователь может реально возместить ущерб. Например, похищен телевизор. Его нашли, изъяли  и вернули владельцу. Похитителя привлекли к ответственности. Но далеко не всегда ущерб можно возместить реально. Нередко похищенное имущество бывает сбыто неустановленным лицам, или не удается установить место нахождения похищенных денежных средств. Для того, чтобы обеспечить право потерпевшего на возмещение вреда существует правовой институт наложения ареста на имущество подозреваемого или обвиняемого. В результате злоумышленник не может реализовать арестованное до решения суда. Суд же при рассмотрении уголовного дела может принять решение о возмещении вреда за счет данного имущества.

Ну и, безусловно, один из основных наших критериев – законность. Он определяется количеством оправданных лиц по нашим уголовным делам. Согласно нашим критериям оправдательный приговор – это брак в нашей работе. Хотя я с этим не совсем согласен. Для объяснения такой позиции здесь подходит поговорка «два юриста - три мнения».

На мой взгляд, не всегда оправдательный приговор свидетельствует о плохой работе следствия. Достаточность доказательств – это ведь оценочное понятие. Следователь может качественно выполнить свою работу, представив все возможные доказательства. Но суд может посчитать их недостаточными.

Причиной оправдания может стать разная трактовка закона. К сожалению, не способствуют решению этих проблем и наши законодатели, допуская в уголовном законе неконкретные формулировки. Например, это относится к умышленному уничтожению чужого имущества. Законодатель требует, чтобы потерпевшему был причинен значительный ущерб. При этом, в каждом отдельном случае значимость ущерба для потерпевшего определяется отдельно, исходя из материального положения человека, значимости уничтоженного или поврежденного имущества для него.

Иногда мы считаем, что ущерб значителен для потерпевшего, и он об этом заявляет. А суд с этим может не согласиться. На мой взгляд, в уголовном законе наличие таких неконкретных формулировок недопустимо, поскольку речь идет о человеческой свободе, жизни.     

Могу сказать, что и позиции судов не всегда отличаются единообразием. Например, у нас было дело в отношении руководителя одного медучреждения, которая незаконно начисляла себе заработную плату. В прошлом году суд первой инстанции трижды выносил ей оправдательный приговор, а Верховный суд Республики Коми трижды отменял это решение. В результате в четвертый раз она была признана виновной.

Как бы то ни было, главная задача следователя – соблюсти принцип неотвратимости наказания при полном соблюдении прав участников уголовного судопроизводства и презумпции невиновности. С уверенностью могу сказать, что несмотря на все сложности наши следователи выполняют свою работу  на высоком профессиональном уровне.

Пресс-служба МВД по Республике Коми

Официальный сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации
© 2018, МВД России